Построение проекций винтовых поверхностей http://ihtis-taxi.ru/

Радиационная обстановка советский атомный проект термоядерное оружие сверхмощный заряд санитарно-защитная зона Организация системы контроля Глобальные радиоактивные осадки Ядерный полигон Справочные материалы

Рекордный советский взрыв

Рекордный взрыв стал одной из кульминаций эпохи холодной войны и одним из ее символов. Он занял место в Книге рекордов Гиннеса. Перекрывать его когда-либо в будущем еще более мощным взрывом вряд ли потребуется человечеству. В отличие от всемирно известной, но ни разу не стрелявшей русской Царь-пушки, отлитой в 1586 году Андреем Чоховым и установленной в московском Кремле, небывалая термоядерная бомба потрясла мир. Она по праву может называться Царь-бомбой. Ее взрыв отражал политический темперамент Хрущева и был дерзким ответом на призыв Организации Объединенных наций к Советскому Союзу воздержаться от проведения подобного эксперимента. В дни подготовки к празднованию 50-летнего юбилея атомной отрасли страны, организаторы выставки в Москве спросили Трутнева, не порекомендует ли он какой-либо экспонат. И в ответ услышали: «В столице есть Царь-пушка, которая никогда не стреляла, и Царь-колокол, который никогда не звонил. Возьмите макет нашей сверхбомбы ... Тогда в Москве будет и Царь-бомба, которая никогда не была на вооружении армии". Но это предложение так и не было реализовано.

Теперь макеты советской супербомбы выставлены в музеях ядерного оружия в Сарове (Арзамас-16) и Снежинске (Челябинск-70) и до сих пор привлекают всеобщее внимание посетителей.

Испытание 30 октября 1961 г. со всей наглядностью продемонстрировало глобальный характер воздействия мощного ядерного взрыва на атмосферу Земли: резкое повышение фона трития в атмосфере, перерыв на 40-50 минут радиосвязи в Арктике, распространившаяся на сотни километров ударная волна.

Взрыв невероятной мощи показал всеразрушительность и бесчеловечность созданного оружия массового уничтожения, достигшего апогея в своем развитии. Человечество, политики должны были осознать, что в случае трагического просчета победителей не будет. Как бы ни был изощрен противник, у другой стороны найдется сокрушительный ответ.

Огромная мощность должна была вызвать и вызвала тревогу во всем мире: ядерное оружие угрожает будущему человечества. Возникало понимание того, что это оружие должно быть взято под международный контроль, формы которого хотя еще и не найдены, но их надо искать и реализовывать. Действительно, не сразу, но постепенно был заключен ряд соглашений и по ограничению испытаний ядерного оружия.

Конечно, к необходимости таких соглашений мировая общественность и правительства мировых держав пришли в результате осмысления последствий от многих испытаний. Этому способствовал и беспрецедентный взрыв 30 октября 1961 г.

Еще раз подчеркнем: суперзаряды и их испытания прежде всего были рассчитаны на сдерживание, на исключение гибельной для всех войны. В этом смысле миниатюризация ядерных зарядов потенциально могла сыграть прямо противоположную роль. Естественно, подобные заряды разрабатывались и, например, "самое главное достижение Челябинска-70 в военной области ... в миниатюризации" (Л.П. Феоктистов). Интерес к миниатюризации, к сожалению, сохраняется: китайское правительство заявило, что "КНР уже давно, с семидесятых-восьмидесятых годов, располагает технологиями создания нейтронной бомбы и миниатюризации ядерных зарядов" (А. Кириллов).

По любой военной логике, чем меньше масштаб того или иного военного средства, тем ниже уровень военного руководителя, принимающего решение о его применении. На это обращал внимание даже министр атомной отрасли Ефим Славский, обладавший хорошим "мужицким" здравым умом. Его совсем не радовали успехи в миниатюризации ядерных зарядов, которыми могли гордиться разработчики. Он как-то с большой тревогой выразился в том смысле, что дело может дойти до того, что решение о применении ядерного заряда сможет принимать командир взвода. Даже на заседании Совета обороны страны в 1979 году под председательством Леонида Брежнева он выступил, хотя и безуспешно, в пику министру обороны Дмитрию Устинову, который "проталкивал" новый вид артиллерийских ядерных боеприпасов. Отметив, что этот боеприпас ни в коем случае нельзя доверять ни командиру дивизии, ни тем более командиру полка, Славский сказал: "Ядерное оружие, как бы его не называли, остается ядерным оружием и ответственность за него нельзя перекладывать на людей, которые в боевых условиях могут оказаться не в состоянии обеспечить требуемую степень обращения с ядерным оружием" (Б.В. Литвинов, “Самородок”).

Московский договор о запрещении ядерных испытаний в трех средах сделал проведение супервзрывов невозможным. Интерес к ним упал и в связи с повышением точности средств доставки зарядов к цели. Супервзрывы перешли в категорию явлений исторического порядка, которые требуют осмысления и моральной оценки.

В то же время созданный 50-мегатонный заряд демонстрировал могущество человека: взрыв по своей мощи был явлением уже почти космического масштаба. Нельзя исключить - потребность в подобном заряде может возникнуть, чтобы отклонить траекторию крупного метеорита или какого-либо другого небесного тела при угрозе его опасного столкновения с нашей планетой. До создания ядерных зарядов большой мощности и надежных средств их доставки, ныне тоже разработанных, человечество было беззащитно в подобной, хотя и маловероятной, но все-таки возможной ситуации.

Справка об авторах

Адамский Виктор Борисович -

1923г.р., главный научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики (Арзамас-16). Работает во ВНИИЭФ с 1950 г., один из ветеранов-создателей отечественного ядерного оружия. Участник разработки 50-мегатонной термоядерной бомбы и ее испытания 30 октября 1961 года. Известен своим вкладом в подготовку Московского договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах. Один из научных руководителей и участников программы создания емкостей с применением подземных ядерных взрывов и опытов по наработке трансплутониевых элементов взрывным методом. Автор многих публикаций по истории советского атомного проекта.

Смирнов Юрий Николаевич -

1937г.р., ведущий научный сотрудник Российского научного Центра "Курчатовский институт". В 1960-1963 гг. работал в группе А.Д. Сахарова (Арзамас-16). Участник разработки 50-мегатонной термоядерной бомбы и ее испытания 30 октября 1961 года. Один из инициаторов программы глубинного сейсмического зондирования с помощью подземных ядерных взрывов. В 1968-1974 гг. участвовал в обосновании и подготовке 14 «мирных» взрывов. При проведении 11 из них (для глубинного сейсмического зондирования) был заместителем председателя государственной комиссии. Автор многих публикаций по истории советского атомного проекта, в том числе в соавторстве с В.Б. Адамским, а также с академиками РАН Ю.Б. Харитоном, Е.А. Негиным, Ю.А. Трутневым.

Трутнев Юрий Алексеевич -

1927г.р., первый заместитель научного руководителя Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики (Арзамас-16), академик РАН, Герой Социалистического Труда. Работает во ВНИИЭФ с 1950 г. Один из самых ярких, выдающихся создателей отечественного ядерного оружия. Соавтор идей, которые легли в основу схемы конструирования современных термоядерных зарядов и их "чистых" вариантов для применения в мирных целях. Один из инициаторов разработки сверхмощных термоядерных зарядов. Инициатор и участник разработки 50-мегатонной термоядерной бомбы и ее испытания 30 октября 1961 года. Является научным руководителем перспективных разработок, связанных с совершенствованием ядерного оружия и повышением его безопасности.

В ходе этого испытания на предмет исследования ПФЯВ было сбито 2 реактивных самолетов-мишеней (бомбардировщики Ил-28), которые были запущены с аэродрома Владимировка - г. Ахтубинск. Испытания признаны неудачными, так как данные самолеты-мишени не были уничтожены ядерным взрывом и были добиты зенитными ракетами с обычным боевым зарядом. Ядерные испытания в Арктике Взрыв сверхмощной советской термоядерной бомбы Основные факторы риска Облучение людей Регистрация параметров ядерного взрыва